Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Помните, в Швейцарии латвиец напал на семью беларуса и украинки в поезде? Вот как развивается история
  2. Беларуска рассказала, что получила «повестку за неуборку снега» вокруг авто
  3. В США назвали военные потери России — беспрецедентные со времен Второй мировой. В Кремле ответили
  4. Лукашенко дал прогноз на конец зимы. Синоптики с ним не согласны
  5. ВСУ перенимают тактику нанесения ударов БПЛА, которая позволила армии РФ продвинуться осенью 2025 года
  6. Пара сняла «бабушатник» и преобразила его за 700 долларов. Хозяева увидели результат и подняли аренду
  7. Известный беларусский бизнесмен просил Польшу снять с него запрет на въезд в Шенгенскую зону. Ему отказали
  8. Мария Колесникова ответила, поддерживает ли она по-прежнему Светлану Тихановскую
  9. Золушка современной Беларуси. Как логопед из Шклова оказалась на верхушке империи развлечений, зарабатывающей миллионы
  10. «Мнения разделились». Как европейские политики отреагировали на призыв Колесниковой начать диалог с Лукашенко
  11. А вы из Западной или Восточной Беларуси? Рассказываем, что жители этих регионов раньше думали друг о друге (много неприятного)


/

Вероника Цепкало написала заявление в Генрокуратуру «о нарушении конституционных прав и законных интересов несовершеннолетних детей, незаконном изъятии жилья и преследовании по политическим мотивам». Поводом послужила продажа на аукционе дома в Минске, принадлежавшего ее семье.

Дом семьи Цепкало, который выставили на аукцион. Фото: e-auction.by
Дом семьи Цепкало, который выставили на аукцион. Фото: e-auction.by

«9 апреля 2025 года с аукциона был продан дом, являющийся единственным местом проживания и регистрации меня и двух моих несовершеннолетних детей (возраст — 12 лет).

Причиной конфискации послужило участие моего супруга в президентских выборах 2020 года и его открытая политическая позиция, заключающаяся в отстаивании права народа Республики Беларусь избирать власть путем свободных и справедливых выборов, как это предусмотрено Статьей 38 Конституции Республики Беларусь», — написала Цепкало.

Беларуска заявила, что конфискация и продажа дома нарушают как беларусские законы, так и международные нормы, и потребовала признать сделку незаконной. Также она призвала привлечь к ответственности покупателя жилья, поскольку, по ее мнению, «факт отчуждения и приобретения имущества по явно заниженной цене приравнивается к скупке краденого».

Цепкало попросила прокуратуру провести проверку, признать сделку недействительной, наказать виновных и официально сообщить о принятых мерах.

Напомним, на электронном аукционе «БелЮрОбеспечения» 9 апреля с четвертой попытки продали дом семьи Цепкало в микрорайоне Слепянка в Минске. Цена недвижимости стартовала с 841,6 тысячи рублей, за нее боролись три участника. Последняя сделанная ставка составила 1 157 200 рублей. Участники перебивали суммы друг друга.

Предыдущие разы недвижимость не удалось продать из-за того, что не нашлись желающие ее приобрести. Напомним, первый раз начальная цена лота была 2 104 000 рублей.

Как было указано в лоте, в доме зарегистрированы три человека, в том числе двое несовершеннолетних.

Ранее Вероника Цепкало также отреагировала на продажу с аукциона арестованной минской квартиры, принадлежавшей ее семье. Она потребовала от генпрокурора Андрея Шведа ответов на вопросы по поводу сделки, а покупателям жилья пригрозила выселить их оттуда и заставить оплатить арендную плату за весь срок проживания.

Валерий Цепкало в прошлом руководил беларусским Парком высоких технологий. Для участия в президентской кампании 2020 года он собрал инициативную группу, ездил по стране. Однако ЦИК отказал ему в регистрации из-за того, что собранных подписей после проверки оказалось меньше ста тысяч. Когда политика не допустили к участию в выборах, его жена Вероника присоединилась к объединенному штабу Светланы Тихановской.

Валерий Цепкало покинул страну в июле 2020 года, опасаясь преследования. 9 августа из Беларуси уехала и Вероника. Семья Цепкало осела в Латвии.

На родине Валерия Цепкало заочно приговорили к 17 годам колонии усиленного режима.