В Беларуси четвертый раз за месяц подешевело топливо, хотя оно все еще стоит заметно дороже, чем год назад. Как изменялась цена с начала 2022 года и с чем связано нынешнее ее снижение.
Цены на топливо медленно опускаются
За последний месяц цену на топливо в Беларуси снижали четыре раза — 7, 14, 21 и 28 марта. В общей сложности стоимость упала на 1,6%. Снижение 7 марта стало первым с мая 2020 года. Особенно активно цены на него увеличивались в первой половине 2022 года — тогда прирост был больше 17%. Но во второй половине года стоимость нефтепродуктов на внутреннем рынке заморозили — пока весной 2023-го она не начала снижаться.
При этом стоит отметить, что, несмотря на четыре снижения цены подряд, сейчас топливо обходится белорусам на 10% дороже, чем год назад.
Четыре причины снижения цен на топливо
Старший научный сотрудник BEROC Дмитрий Крук видит четыре основные причины (или составляющие) для снижения стоимости топлива на внутреннем рынке. Первая — это возвращение нефтяной ренты.
По словам эксперта, рентабельность поставок нефтепродуктов на внутренний рынок для НПЗ обычно либо была равна нулю, либо этот рынок вообще был для них убыточным. За счет этого топливо в Беларуси было относительно дешевым, а доходность нефтеперерабатывающим заводам обеспечивал экспорт. В прошлом году, примерно до конца лета-начала осени, отрасль как раз испытывала проблемы с экспортом нефтепродуктов. Как видно из статистики, именно тогда росли цены на топливо внутри Беларуси. Так, нефтеперерабатывающие заводы пытались минимизировать убытки на внутреннем рынке. Однако позже положение отечественных НПЗ улучшилось — и сейчас Беларусь пользуется выгодами от разрыва между уровнем рыночных цен на нефть и ее стоимостью для нашей страны.
— Для Беларуси входная стоимость нефти привязана к котировкам цены Urals, на которую за счет санкций против России относительно других сортов растет дисконт. В результате, как проанализировал мой коллега из BEROC, входная цена нефти для Беларуси по сравнению с рыночным уровнем снижается. При этом, похоже, Беларусь по-прежнему умудряется продавать свои нефтепродукты по цене, близкой к рыночной — чуть-чуть ниже, — объясняет экономист.
Это означает, что с улучшением ситуации на внешнем рынке для белорусской нефтепереработки, а также введенными санкциями против российской нефти снизилась потребность минимизировать потери на внутреннем. Это позволило вернуться к привычной формуле, когда последний фактически субсидируется за счет рентабельности внешних поставок, отмечает эксперт.
— В этой части важно, насколько устойчивы поставки на экспорт, где физически оседают наши нефтепродукты и удастся ли в 2023 году поддерживать экспортные поставки по ценам, близким к рыночным, — добавляет он.
Вторая составляющая связана с обратными акцизами от соглашения о косвенных налогах. Это тоже отражается на цене нефти для белорусских нефтеперерабатывающих заводов, за счет чего увеличивается их рентабельность, объясняет Дмитрий Крук.
— Это накладывается на первую составляющую. Если осенью прошлого года, когда началось восстановление объемов нефтепереработки, работал только первый механизм, то сейчас к нему добавляется и второй.
Третья причина — это общемировое снижение цен на нефть в марте этого года. Влияние этого фактора не такое весомое, как двух предыдущих, но он тоже может вносить свою лепту.
Еще одна причина заключается в том, что снижение цен на топливо, возможно, является частью общей борьбы с инфляцией. Это связано с тем, что от стоимости топлива зависят цены на многие товары и продукты, так как это часть расходов на их доставку, а также оно активно используется в производстве сельхозпродукции.
— Если цены на топливо растут, то это генерирует импульсы, которые потом несколько месяцев распространяются в экономике и влекут за собой рост остальных цен. Соответственно, по схожей логике (но не совсем симметрично) это работает и в другую сторону. Думаю, что фоновым образом висит соображение, что коль благодаря изменившейся конъюнктуре появились возможности чуть-чуть купировать цены на нефть, то это привнесет важный вклад в генеральную линию партии по ограничению роста цен.
