ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Не ел, не пил 20 лет, а потом еще заплати». Налоговики рассказали о нюансе по сбору на недвижимость — у некоторых это вызвало удивление
  2. Марина Адамович на свободе
  3. Чиновники решили взяться за очередную категорию работников
  4. «Они должны помнить, что я говорил». Экс-журналист пула Лукашенко — об увольнении и разговорах с силовиками
  5. «Поставили клеймо». Стало известно, за что в прошлом году судили пропагандистку Ольгу Бондареву
  6. Адский понедельник. 65 лет назад случилась катастрофа, которую советские власти пытались стереть из истории Киева, — рассказываем
  7. На торговом рынке маячит очередное банкротство. Скорее всего, вы знаете эту компанию
  8. Помните убийство девушки в Минске, где мать с сыном расчленили труп, сварили и перекрутили в мясорубке? Вот что сейчас с преступником
  9. «Модели, от которых болят глаза». Стилистка ответила на претензии министра о том, что беларусы не берут отечественное
  10. «Грошык» опубликовал список «недружественных» стран, чье пиво пропадет из продажи. В Threads удивились отсутствию одного государства
  11. «Челюсть просто отвисла». Беларус зашел за бургером в Лос-Анджелесе и встретил известного актера, только что получившего «Оскар»
  12. «Так живет почти вся Беларусь». В Threads показали расчетный лист якобы с одного из предприятий — некоторых удивила зарплата
  13. «Белавиа» планирует летом увеличить количество рейсов в курортную страну, популярность которой у беларусов растет с каждым годом
  14. Доллар приближается к трем рублям: что будет с курсами во второй половине марта. Прогноз по валютам
  15. Для рынка труда предлагают ввести ужесточения. Работникам эти идеи вряд ли понравятся — увольняться может стать сложнее
  16. На польской границе пограничник зачеркнул беларуске печать, которую поставил, и «щелкнул» рядом вторую. Зачем он это сделал?
  17. «Меня в холодный пот бросило». Беларуска рассказала «Зеркалу», как забеременела в колонии и не знала об этом почти полгода
  18. Трое беларусов вернулись с большой суммой из поездки в Россию. Дома их ждали спецназ и ГУБОПиК


В польском Сейме начались слушания по изменению статьи Уголовного кодекса об изнасиловании. Нынешнее определение преступления не менялось почти 100 лет. Реформы назрели и обсуждались давно, но именно изнасилование и убийство в Варшаве беларуски Лизы обострило внимание общества к этой теме, пишет MOST.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

В действующей редакции Уголовного кодекса изнасилованием считается сексуальный контакт, к которому жертву склонили насилием, незаконными угрозами или введением в заблуждение. Такое преступление наказывается лишением свободы на срок от двух до 12 лет.

Правозащитники и активисты указывают, что нынешнее определение фактически перекладывает бремя доказательства вины на жертву, поскольку необходимо доказать применение насилия, угрозы или обмана. Получается, что вне состава преступления оказываются случаи, когда по разным причинам жертва не сопротивлялась насилию, а насильнику не приходилось применять физическую силу, угрозы или обман. Например, это относится к случаям, когда жертва была в состоянии опьянения.

В новой редакции кодекса, которую предлагается принять, изнасилованием считается сексуальный контакт без предварительно полученного, осознанного и добровольного согласия лица. Фактически оно отменяет презумпцию согласия. Предполагается, что при таком подходе насильники не будут чувствовать себя безнаказанными.

При этом минимальное возможное наказание за такое преступление предлагается ужесточить с двух до трех лет лишения свободы.

Как пишет Wyborcza, депутат Анита Кухарска-Дедиц в ходе слушаний сообщила, что лишь 8% жертв изнасилований обращаются в правоохранительные органы.

Кроме того, в польском обществе есть проблема возложения вины на жертву преступления. Часто женщин обвиняют в том, что они спровоцировали насильника или недостаточно сопротивлялись.

— Настало время перестать спрашивать жертв, как они выглядели, и начать спрашивать преступников, почему и на каком основании они решили, что могут совершить преступление, — считает депутат.